Первоначальная позиция РПЦ по отношению к II Ватиканскому собору
Московская патриархия определяет свою позицию ввиду предстоящего II Ватиканского собора
...Такое отношение к предстоящему собору Московская патриархия высказала в силу своего убеждения в том, что Римский престол, провозглашающий себя средоточием кафолической истины и церковного единства, до сих пор не обнаруживал желания отказаться от тех притязаний, которые в 1869 году заставили Восточных Патриархов отвергнуть приглашение Папы Пия IX на Ватиканский собор. А тогда их участие в соборе было обусловлено безоговорочным признанием главенства Папы. Поэтому и в теперешних разговорах католических деятелей о христианском единстве приходится усматривать не что иное, как стремление распространить власть Рима на Православную Церковь. ...Выразив удовлетворение по поводу его назначения на этот пост [пост председателя Секретариата по вопросам христианского единства], кардинал Беа сказал о желательности установления таких же связей [а именно: между секретариатом по вопросам христианского единства и Англиканской Церковью] с другими отдельными Церквами. «Возможно, - сказал он далее, - что православные епископы смогут прислать на собор своих наблюдателей, - тогда они будут иметь доступ к работе некоторых организаций собора. Если Патриарх Московский пожелает прислать на собор своего наблюдателя, то он будет охотно принят», - добавил кардинал, давая таким образом понять, что приглашения не будет, но если Патриарх проявит собственную инициативу в этом отношении, то Рим охотно пойдет ей навстречу.
Московская патриархия уже высказала свое отношение к католическому собору как к мероприятию, касающемуся исключительно Католической Церкви. А высказывание кардинала Беа свидетельствует о притязании Римского престола на абсолютную власть в христианском мире, действием которой были измышлены и новые догматы, отделившие Римскую Церковь от Церкви Вселенской.
К тому же нельзя не учитывать, что предстоящий собор, созываемый в сложных условиях мирового раскола и гонки вооружений, едва ли окажется в состоянии настолько возвыситься над противоречиями эпохи, чтобы сказать нужное человечеству слово примирения. Более того, есть много оснований - исторических, политических и психологических - предвидеть такое направление деятельности собора, которое может превратить его в орудие для достижения политических целей, несовместимых с духом христианства...
Поэтому для нас основа христианского единства представляется несовместимой ни с принципом монархической централизации церковной власти, ни с враждой к инакомыслящим. Не власть, а любовь должна объединить христиан. И в силу этого убеждения, исключающего какое бы то ни было участие наше в деяниях нового Concilium Vaticanum, Московская патриархия отвечает кардиналу Беа: «Nonpossumus!»
Имеется в виду заявление Московской патриархии (опубликованное в «Известиях» от 21.6.1959 года и в «ЖМП» 1959 года, № 7), в котором говорилось, что она «рассматривает предстоящий католический собор как чисто Римско-католический акт и, со своей стороны, не имеет никаких оснований, тем более намерений, вмешиваться в это дело».
ЖМП. 1961. №5. Non possumus!
Православие и католичество: от конфронтации к диалогу
БИБЛЕЙСКО-БОГОСЛОВСКИЙ ИНСТИТУТ СВ. АПОСТОЛА АНДРЕЯ
МОСКВА 2001
с. 212-213